И Барак закричал: «Я покину причал если ты мне откроешь секрет»

И Владимир ответил: «Спокойно, Барак, никакого секрета здесь нет»

Видишь там, на воде, галера стоит?!
На ней десяток гребцов, пойди погреби!
А когда надоест — возвращайся назад!
Гулять по воде, гулять по воде,
Гулять по воде со мнооой!!!

Конкурс песни в медицинском институте

Конкурс песни в медицинском институте

Песню «Спи, моя радость, усни» представила кафедра анестезиологии.
Песню «Привыкли руки к топорам…» представила кафедра хирургии.
«Что ж ты, милая, смотришь искоса» спела кафедра окулистов.
«Опустела без тебя земля» — нам машут ручкой санитары морга.
Кафедру проктологии приглашать не стали, во избежание.
A песни «В голове моей туман, от тебя я сильно пьян» и «Давай закурим, товарищ, по одной…» представила кафедра наркологии. И выиграла конкурс!

«На раёне»

— Виконт, вы так же, как и я, имеете честь видеть этого господина в макинтоше, коего никогда ранее мы не видели на светских раутах в нашей округе?
— Вы удивительно наблюдательны, барон, этот субъект действительно никогда не был замечен мною ни на балах, ни в присутствии. Я имею совершеннейшее убеждение, что мы, как местные завсегдатаи, должны познакомиться с этим господином.
— Оппа, оппа! Не гоните так свой кэб, милорд! Извольте отвечать, с какого графства имели честь приехать в наш благословенный край?
— Приветствую вас, господа! Я с превеликим удовольствием отвечу на все вопросы столь уважаемых джентльменов, но прежде вынужден узнать, какова цель вашей заинтересованности?
— Могу ли я узнать в чем причины излишней пылкости в разговоре с нами? Что ж, если вы так просите, то не смеем отказывать. Есть целый сонм причин. Ну, к примеру, не найдется ли у вас расшитого гладью шелкового кисета с табаком? А может быть вы дозволите совершить звонок с телефонного аппарата в вашем имении?
— Что вы, милостивые господа! Не имею пагубной привычки употребления пахитосок! Да и телефонного аппарата у нас в имении отродясь не было. Папенька мой взглядов весьма консервативных и для доставки корреспонденции пользуется почтовыми голубями.
— Ну, коли так, то у нас остается только один вопрос, сэр: что, если мы с виконтом всё же найдем у вас то, что вы так отчаянно отрицаете? Вынуждены просить вас подпрыгнуть. Ну же!
— Но, господа...
— Прыгайте, милорд, прыгайте. Чу?! Что я слышу? Уж не звон ли это золотых шиллингов? Стыдитесь, право же! Неужто говорить заведомую ложь достойно человека вашего положения и сословия?!
— Ах, что вы! Я вынужден вас разочаровать, джентльмены! Это и не шиллинги вовсе, а всего лишь несколько жалких пенни! Семья моя, некогда знатная и зажиточная, из-за папеньки — мота и игрока — пришла в полнейший упадок, и родитель мой давненько не балует меня наличными средствами...
— И всё же, глубочайше прошу прощения, вы не представились...
— Генри.
— И всё же, дорогой Генри, коль провидение столкнуло нас в этот час, не могу отказать себе в удовольствии принять от вас эти монеты, пусть и не большого достоинства.
— Но, господа...
— Ах, Генри, поверьте же, нам с виконтом совсем не хотелось бы причинять вам физической боли и наносить увечья, которые отнюдь не украсили бы вашу молодую и насыщенную жизнь. Прошу принять во внимание, что виконт совершенно чудесно боксирует на кулаках, а что касается вашего покорного слуги, то не могу не похвастать своим совершеннейшими навыками метания кинжалов. Не хотите ли, достопочтимый Генри, увидать это воочию?
— Никак нет, сэр, позволю себе воздержаться и от всего сердца прошу принять эти несколько пенни. Я уверен, что такие приличные господа, как вы, пожертвуете их в англиканскую церковь.
— Премного благодарны, позвольте выразить наше расположение вам и вашей благородной семье.
— Честь имею, господа!
— Честь имеем, Генри! Честь имеем!

Виртуализация протеста [R]

Процесс виртуализации протеста, как будто бы ведомый некой сверхсилой, начался давно. Мы все увлекательно смеялись над тем, что одни виртуальные учётные записи побеждают другие учётные записи, докупая лайки и репосты, покупая готовые группы с многотысячной аудиторией и расшаривая по ним ударные постинги с продающими текстами. Графики успешных продаж и успешных соотношений лайка к ретвиту, охвата аудитории к медиане возраста, процента самозанятых к удельному объёму личных фото и других, не менее вкусных исходных данных, получение которых соц.сети сделали столь же удобным, сколь и бессмысленным, росли, росли, и выросли.

Опрокинув залпом эту чашу зла, которая оказалась чашкой Петри, теперь можно начинать отплёвываться.

Да, пришло поколение тех, кто реально не понимает разницу между «нас миллион лайкнуло», «миллион пообещало заджойниться на митинг», и миллионом реально что–то сделавших людей.

Они не стебутся, они не понимают.

У них оно слиплось, под темечком. В уютный комочек уютных групп по интересам, вне которых — злой мир, который можно победить, если сделать 65535 репостов, а больше нельзя, надо докупать расширение с 16ти битового интерфейса к миру до 32х битового.

Люди реально бегают кругами, рвут волосы из жопы и причитают «ну как же так, ведь никто из тех на кого я подписан в ФБ, не голосовали за Путина, ну как же так».

Они сами создали себе эту виртуальную картинку, искусно создав виртуальный мирок, где они Глебы Жегловы, Рокко Сиффреди и Алики Эйнштейны в ебле едином. А потом добили сами себя в затылок, расширив эту виртуальную удобную конуру, дав ей эксклюзив на взаимодействие с реальным миром. Больше всех о том, что никто не пришёл, стонут люди, которые «профилактически пролайкивают все норм новости от норм парней, не читая». Т.е. они мало того, что загнали себя в рамки виртуальных коммьюнити, комфортных болотец, в которых дрочат на брудершафт с подобными себе, взаимовосхваляясь и умиротворённо урча — они ещё и решили, что выгоднее взаимодействовать с реальным миром не находясь в нём, а изнутри этой виртуальной конуры.

Типа «А я заработал в онлайне три рубля, и купил на них реальный товар, ого как круто!». При этом с теми же затратами сил мог бы заработать на порядки больше, но не стал. Почему?

Читать далее Виртуализация протеста [R]